Переезд в Краков

22 апреля 1912 года первый номер газеты «Правда» вышел в свет. Ленин оказался между двух огней. Оставаясь во Франции, он утратил бы всякое влияние на российских большевиков. Но если бы он решился нелегально вернуться в Россию, дело кончилось бы арестом. В конце концов было найдено разумное компромиссное решение — переехать к самым границам Российской империи, в Галицию. Эта часть Речи Посполитой в то время входила в состав АвстроВенгрии. Надежда Константиновна навела справки и получила положительный ответ. Напряженные отношения между Петербургом и Веной гарантировали, что в случае чего удастся избежать высылки в Россию. Выбор пал на Краков. Из 150 тысяч жителей города российские политэмигранты составляли, по некоторым оценкам, до 12 тысяч, в основном поляков, но попадались и русские. Краковский Союз помощи политзаключенным оказывал новоприбывшим эмигрантам материальную помощь. Из Кракова в Петербург и обратно регулярно ходили поезда, почта шла недолго. Краков прекрасно подхо Iил для размещения Центрального Комитета партии. Хоть Ленин и не хотел переезда, все же новое место давало определенные преимущества.

4 июня Ленин, Крупская и ее мать вместе с Зиновьевым, его женой Зинаидой Лилиной и их маленьким сыном Степой выехали из Парижа. По дороге в Краков на несколько дней задергались в Лейпциге. В Краков они приехали совершенно открыто и не предпринимая никаких мер по соблюдению секретности. Местная газета «Час» опубликовала сообщение, что Ленин остановился в гостинице «Виктория». Инесса Арманд без всякой конспирации посылала на имя Ульяновых открытки из Парижа.

Труднее всего оказалось установить связи с местными социалистами. Член РСДРП Сергей Баготский условился о встрече с Лениным и Крупской на скамейке в тенистой аллее сада у главного корпуса Ягеллонского университета. На длинной аллее стояло множество одинаковых скамеек, но все же Ленин и Крупская точно в назначенный час были на месте. Пришел туда и Баготский. Полчаса просидели они на одной скамейке, не узнавая друг друга, пока, наконец, Надежда Константиновна не обратилась к незнакомцу со словами: «Вы, вероятно, Баготский, и ждете нас. Я — Ульянова» .

Существуют маловероятные предположения, что переезд в Краков состоялся по настойчивой просьбе Надежды Константиновны, стремившейся увезти мужа от Инессы Арманд. Если это так, то в этом случае невозможно объяснить, зачем Крупская планировала на лето 1912 года отправить мать на отдых в курортное местечко Аркашон на побережье Атлантики, в десяти милях к югозападу от Бордо, излюбленное место отдыха российских политэмигрантов, где Крупская обязательно встретилась бы с Инессой.

Переезд в Краков имел не личные, а политические причины: перенос деятельности Центрального Комитета на территорию России по решению Пражской конференции. Ленину было необходимо поддерживать тесные связи с Петербургом. Не было смысла оставаться в Париже и для Инессы после упразднения Комитета заграничной организации, в котором она была секретарем. После переноса центра большевистской эмиграции в Краков Инесса продолжала видеться с Лениным. Более того, в июле 1912 года она гостила у Ленина и Крупской в Кракове перед тем как перейти российскую границу, направляясь на нелегальную революционную работу.

К этому времени близкие отношения между Лениным и Инессой уже прекратились. Инициатором разрыва стал Ленин. В отчаянии Инесса умоляла Ленина передумать, убеждая его, что их отношения никому не вредят (скорее всего, речь шла о Надежде). До самой смерти, последовавшей в 1920 году, Инесса сохраняла нежные чувства к Ленину. Но тот оставался непреклонным. Даже если слухи об ультиматуме Надежды Константиновны — ложь, все равно Ленин не мог не задуматься о том, насколько прочны его отношения с Инессой. Он чувствовал, ЧТО' больше не может оскорблять супругу, столько лет прожившую с ним. Можно предположить, что Ленин отдавал предпочтение Надежде как надежному и трудолюбивому помощнику в делах, проверенному политическому союзнику. Так или иначе, он игнорировал все искушения и мольбы со стороны Инессы.

В Кракове Ленину понравилось. Столица Галиции, провинции на востоке АвстроВенгерской империи, до 1597 года была столицей Польского королевства. Высоко над рекой Вислой вознесся королевский замок Вавель. Здесь, в крипте кафедрального собора, в саркофагах покоятся польские короли и королевы.

В самом центре города, в углу Рыночной площади стоит маленькая церковь св. Альберта, миссионера, крестившего Польшу по латинскому обряду. Посреди Рыночной площади возвышается старинное здание торговых рядов Сукенице с двойным рядом аркад. Здесь же, на Рыночной площади, красуется готический костел Пресвятой Девы Марии с великолепным резным алтарем работы Вита Ствоша . Каждый час на башне раздается сигнал горниста. Эта старинная традиция — дань памяти подвигу краковского горниста в 1241 году, когда на город внезапно напало монгольское войско. Увидев приближавшихся врагов, трубач затрубил тревогу и был убит вражеской стрелой. К северу от Рыночной площади стоит здание основанного в 1364 году Ягеллонского университета, где учился Николай Коперник. И университете, что было особенно важно для Ленина, имелся неплохой читальный зал, а неподалеку от университета — мно кество уютных кафе и других мест, где собиралась культурная публика.